Лебедихутор краснодарского края

Проза и поэзия нашего края

Байка шестая, про царскую бурду, или не тот охотник, кто в этом деле собаку съел, а тот, с кем "и не то бывало..."

Была у дедова деда в дальнем степном наделе заброшенная кошара, а при ней – небольшая хата. Даже не хата, а так – хатенка. Дед Касьян называл ее по-старому – “курень”. А курень, он и есть – курень. Зато в курене том была печь с вмазанным чугунным казаном, и поздней осенью, а то и в неласковую зиму, здесь на кошаре ночевали касьяновы друзья-охотники. Соберется, бывало, ватага человек шесть-восемь, и айда на ту касьянову заимку. Вдали от станицы дичину пополевать, да и от домашних забот на день другой, а то и на неделю отринуться.

Байка пятая, и про пятую же ногу волчью... А зачем собаке пятая нога, даже если она волчья?..

Не было у наших дедов мирной жизни с волками. Иначе и быть не могло: волк, хоть зверь и красивый, но злобный и ненасытный. А водилось их в Прикубанье, по выражению деда Игната, “як бдчжол”, то есть, “как пчел”. Дед говорил на том прекрасном русско-украинском наречии, на котором многие на Кубани “балакают” и в наше время. Правда, с примесью схваченных в начале прошлого века “новых” словечек.

Хата на хуторе Лебеди

Август двадцатого года выдался пыльным и каким-то тусклым, хотя ветров и не было. Да их почти и не бывает в это лучшее предосеннее время на Кубани, когда обычно устанавливаются прозрачные, хрустальные дни, лишь чуть подернутые легкой, синеватой, еле уловимой дымкой. Но теперь над степью, над притихшими, словно в испуганном ожидании, хуторами и станицами висело желто-серое, мутное марево пыли...

Бабушку звали Рая

Немодное нынче имя. Раньше вон, в восьмидесятых годах, у нас на Кубани Раис полстаницы было. С детства это имя почему-то ассоциировалось у меня с полноватыми неухоженными доярками, в заляпанных навозом калошах, цветастых халатах и пёстрых платках, повязанных по-казачьи – узлом сзади. Впрочем, похоже выглядели Верки, Вальки, Лидки и Томки, как они сами друг дружку неласково именовали.

Байка четвертая, теперь уже про волков, с которыми у деда Касьяна дружбы не было, но встречи случались - к общему неудовольствию

Волк – тварь зверская, хищная, настырная, а по части своих звериных деяний – умна до невероятия. Но не умней человека, ибо хитроумней его нет в природе создания. Не зря же Бог сотворил его по своему образу и подобию. Но как на ниве бывают высевки, будяки и чертополошины, так и среди человеков не обходится без половы-соломы. Было такое и в нашем роду, но про то – особый сказ... А пока – про волков...